29.09.2015

В доме престарелых. 6.

Предыдущие публикации по теме здесь, здесь, здесь, здесь и здесь.

…В просторном, светлом холле интерната группа женщин занимается аэробикой. Занимающихся немного, шесть-семь человек. Все стараются держаться весело, независимо, живо (может быть, в большей мере из-за того, что за ними издали наблюдает посторонний?). Громко звучат развлекательно-задорные песенки Вилли Токарева, песни Майкла Джексона, шлягеры Кузьмина и Паулса… Но вот — ностальгически «Конфетки-бараночки»… Резко, вдруг тускнеют лица, опускаются плечи, танцы прекращаются, и каждая из занимающихся одними губами, почти неслышно, повторяет самую любимую, самую сокровенную строчку…

Мне страшно потому, что в нашем «самом гуманном обществе» все строят и строят дома-интернаты для стариков, инвалидов, в том числе — и детей. Я не могу считать такие строения, дворцы, центры гордостью нашей нации. Хотя со строительной сточки зрения придраться даже порой не к чему.

Не лучше ли было старикам жить в своих домиках, небольших, но своих. По собственной крышей, под присмотром близких. Да, и про домик свой, конечно, забывать не надо никому. А если  нужны, например, кровельные работы Оренбург, то пройдите по предложенной ссылке и всё получите в лучшем виде.

А дома для пожилых людей, скорее — это позор. Неслучайно каждый из них стараются упрятать куда-нибудь на окраину города, не афишируют их существование. Не потому ли, что они олицетворяют собой признание тысяч предательств по отношению к ближнему…

Есть в таких домах люди, которые здесь устраивают свою личную жизнь. Отчаянно, порой мужественно пытаются они бороться с одиночеством и предательством, ищут себе пару и находят, кому отдать свое тепло и заботу. Посмеиваться над этим — грех.

Случается, в буквальном смысле слова поднимают они своего избранника (избранницу) со смертного одра, отдают всю свою любовь совершенно незнакомому человеку и коротают с ним свои последние годы жизни.

Внешне благополучны эти дома: кругом цветы, чистота, высокие потолки, светлые комнаты на два-три человека.

Вчитаемся в «расписание дня»: подъем, уборка, завтрак, обед, отдых, ужин, свободное время, отбой… Не каждый из нас способен выдержать такой зарегламентированный ритм жизни в течение 18—24 дней где-нибудь в доме отдыха или санатории. А тут — годы!

Вот приказ об обсуждении интернатских дебоширов. Среди обитателей есть всякие: и те, что ругаются матом, хамят, выбрасывают в коридоры тумбочки с посудой и продуктами соседей, разбивают телевизоры, избивают своих соседей по комнате. Резолюция: собрание просит перевести виновных в другой интернат. Это ли выход? Приведет ли он в чувство человека, который только тем всю жизнь и занимался, что кочевал с места на место, только места эти иначе назывались? Контингент дома-интерната — от художников и бывших актеров до рецидивистов.

Каждая душа здесь (всякая по-своему) переживает драму беспамятства со стороны своих близких. Порой обитатели скрывают сам факт существования своих детей, не хотят с посторонними разговаривать на эту тему. Боятся, как бы не навредить своим чадам? Как бы детям не стало хуже там где-то, в их жизни? Избегая бесед на эту тему, уходят со слезами на глазах, ссылаясь на головную боль, на ухудшение здоровья, на боли в сердце… При этом как детдомовские дети считают, что их мамы лучше всех, так и для обитателей этого дома их дети — самые умные, самые красивые, самые заботливые, самые лучшие в мире. Ах эта спасительная иллюзия отвергнутых!

«С нами воевать невозможно»…— запомнилась эта фраза, сказанная одной из обитательниц Дома-интерната. Сотни, тысячи раз она права. Нельзя с ними воевать, потому что всегда будем мы в выигрыше (хоть и будет этот выигрыш попранием слабого) и в то же время всегда — в проигрыше. Оглянемся окрест, заглянем внутрь себя — несть числа этим проигрышам. Слабые внутрисемейные связи. Отчуждение детей. Грубость и хамство повсеместно — в семье, на улице, в школе — как норма отношений. Нетерпимость. Неумение сострадать как ближним, так и дальним.

Вот уж воистину: о здоровье общества можно судить по отношению к старикам и детям. Какой же путь предстоит пройти всем нам и что на этом пути преодолеть, чтоб, упаси Боже, не пришлось сыну Анны Ивановны, «генералу с майором», заканчивать дни свои без семьи, вне семьи. Пусть даже в самом благоустроенном доме для престарелых. Любой комфорт в этих стенах сводится на нет душевной болью от беспамятства и предательства, переживаемых обитателями таких приютов. Колодец этот бездонный. Мы с вами, читатель, только заглянули в него…

Основано на материале из журнала «Семья и школа»
Автор: В. ДИАНОВ

Ваш комментарий

Размещенные на сайте материалы, включая статьи, могут содержать информацию, предназначенную для пользователей старше 18 лет, согласно Федерального закона №436-ФЗ от 29.12.2010 года "О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию".